Геевский И. А. Черная сотня Америки. М.: Политиздат, 1970.
Книга Игоря Геевского «Черная сотня Америки» представляет собой обзорное исследование деятельности крайне правых и расистских организаций в Соединенных Штатах Америки в 1960-е годы. Автор подробно рассматривает структуру, методы и идеологию таких объединений, как «Общество Джона Бэрча», Ку-клукс-клан и «Минитмены», а также анализирует их связи с крупным капиталом и политическим истеблишментом страны.
Игорь Александрович Геевский — видный советский американист, историк и журналист-международник. В его научной биографии эта монография занимает заметное место как типичный, качественно проработанный продукт эпохи холодной войны. В то время отечественная историография активно выявляла внутренние язвы американского капитализма, и данная работа закрепила за Геевским статус ведущего эксперта по социальным конфликтам в США. В дальнейшем его научные интересы эволюционировали в сторону более комплексного изучения негритянского движения и социальной политики Вашингтона, где он смог отойти от откровенно публицистического стиля к глубокому академическому анализу.
Методологическая база монографии строго подчинена марксистско-ленинскому классовому подходу. Ультраправые организации рассматриваются как прямой инструмент финансовой олигархии и монополистического капитала, созданный для подавления рабочего класса и движения за гражданские права. В качестве источников историк широко привлекает американскую прессу, материалы расследований комиссий Конгресса, программные документы самих праворадикальных обществ и отчеты правозащитников (например, Лиги по борьбе с диффамацией). Благодаря этому Геевскому удается выстроить детальный «вертикальный разрез» движения: от щедрых финансовых покровителей, вроде техасского нефтяного миллиардера Гарольда Ханта, до ожесточенных мелких лавочников, составляющих массовую базу правых.
Особый интерес в книге представляет скрупулезное описание механизмов сращивания откровенно погромных организаций с полицией и военной элитой. Автор убедительно показывает, как правоохранительные органы южных штатов часто закрывали глаза на террор против афроамериканцев, а многие блюстители порядка сами состояли в рядах Ку-клукс-клана. При этом монография требует вдумчивого, критического прочтения. Жесткие идеологические рамки советской науки заставили автора втиснуть сложное явление американского консерватизма в узкое прокрустово ложе «неофашизма». Геевский сводит мотивы правых радикалов исключительно к защите сверхприбылей монополий и пещерному антикоммунизму, полностью игнорируя глубокие религиозные, культурные и конституционные корни правого популизма в США. Из-за этого картина получается излишне прямолинейной: даже расовая напряженность объясняется кознями буржуазии, стремящейся искусственно расколоть единство трудящихся.
В своих выводах историк справедливо предупреждает о растущей политической силе правого радикализма, кульминацией которого в тот период стала президентская кампания Джорджа Уоллеса в 1968 году, сумевшего бросить вызов устоявшейся двухпартийной системе. Дальнейшее развитие историографии этой темы пошло по пути отказа от навешивания ярлыков «фашизма» на все консервативные движения без разбора. Современные исследователи фокусируются на том, как маргинальные идеи эпохи 1960-х годов постепенно трансформировали риторику Республиканской партии, успешно апеллируя к культурным страхам и недовольству американского «молчаливого большинства».
Фрагмент:
Замелькали дубинки. Белые горожане, стоявшие вдоль шоссе, встретили это побоище одобрительными возгласами. Вместе с добровольцами и помощниками шерифа полиция штата набросилась на кричащую толпу. Участники похода отступили и остановились… Но полиция продолжала наступать. Раздались взрывы газовых гранат. Один из негров закричал: «Слезоточивый газ!» Через несколько секунд шоссе было окутано белыми и желтыми облаками дыма. Отовсюду неслись истошные крики людей. Задыхаясь и истекая кровью, негры разбегались. Белые преследовали их. Конные полицейские вытащили хлысты из буйволиной кожи и начали яростно избивать демонстрантов. Упавших топтали копыта лошадей. «О’кей, ниггеры! — орал полицейский, хлестая бегущую негритянку.— Вы хотели маршировать — так маршируйте же!».